 |
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Сердце без страха и упрека Лев Амбиндер, руководитель Российского фонда помощи Российский фонд помощи и американская благотворительная организация «Русский Дар жизни» (Russian Gift of Life) договорились о долговременной совместной программе сбора средств для хирургической помощи детям с врожденными пороками сердца в Томском НИИ кардиологии РАМН. На первом этапе этот проект предполагает вложение как минимум $120 000. Первый этап совместной программы Российского фонда помощи и «Русского Дара жизни» рассчитан на год, стартовал только что, этой публикацией, и предполагает вложение как минимум $120 000, по $60 000 с каждой стороны. Деньги пойдут на оплату только тех операций, на которые не распространяются государственные квоты. Обычно это операции с применением импортных расходных материалов типа окклюдеров, стентов, кардиостимуляторов. Эта договоренность с американцами, скорее всего, вызовет у читателей не меньше вопросов, чем у нас в Российском фонде помощи и в редакции «Коммерсанта». Честно говоря, я не очень-то уверен, что знаю правильные ответы. То есть нет никаких сомнений в искренности намерений друзей из «Русского Дара жизни». А уж что каждая копейка из-за рубежа будет очень кстати любой нашей клинике, тут и спорить не о чем. Но почему именно детские сердечные пороки, а не церебральные параличи, к примеру, или врожденная глухота? Тоже актуальные темы. Зачем вообще какая-то программа, если Российский фонд помощи, камерная общественная организация, не располагающая ни собственным капиталом, ни даже счетом в банке, вполне успешно и так справляется со своей задачей — рассказывать об отдельных несчастьях отдельных сограждан тем, кто хочет и может им помочь? И почему Томск, а не, скажем, НЦ ССХ имени Бакулева, знаменитая Бакулевка, которой руководит блестящий практикующий хирург Лео Бокерия, где избавление детей от сложных пороков сердца превращено в крупнейший на континенте производственный поток и куда с надеждой везут самых тяжелых ребятишек со всей России? И к чему эта морока с организацией совместных пожертвований, 50 на 50 за операцию? Так вот, в почте фонда много отчаянных писем от семей с детьми-сердечниками. Из Сибири особенно много. Хотя нашу почту вряд ли можно признать сколько-нибудь репрезентативной, но тут она вполне совпадает с официальной статистикой. У нас в стране врожденные пороки сердца в структуре пороков развития составляют почти треть. А в Томской области число детей с болезнями системы кровообращения превышает среднероссийский показатель в 2,2 раза. Половина из них умирает на первом году жизни, в следующие год-полтора — еще 25%. Многих могли бы спасти. Однако было бы лукавством заявлять, будто именно такая жутковатая статистика подтолкнула нас к этой программе. Тема востребована читателями, вот в чем все дело. Есть ощущение, что можно публиковать сколько угодно просьб на эту тему, и всем помогут. Это именно ощущение, практикой не подтвержденное. Но несколько лет с нами связаны люди, готовые платить за такие операции на детское сердце даже по неопубликованным письмам. Вот один читатель предлагает крупную систематическую помощь для детей с врожденным пороком сердца, «но только не в столицах, где избыток госквот, а в провинции». Вот другой заявляет о готовности поддержать «проект типа вашего новосибирского: вкладываешься в частную судьбу, а вырастает целое направление». Это он о НИИТО. Действительно, вот уже пять лет читатели оплачивают операции по поводу девичьих тяжелых сколиозов в Новосибирском НИИ травматологии и ортопедии. Пять лет назад там был один энтузиаст — хирург Михаил Михайловский. Теперь есть клиника, три бригады хирургов, туда едут и девушки из Европейской России. В прошлом году прооперированы 102 пациента (говорят, больше, чем в любой клинике страны), причем 54 операции оплатили наши читатели ($290 тысяч). В этом году помощь вновь заметно выросла. Мы не придумывали специальной «горбатой» программы, но мне искренне жаль, что при всех многочисленных разговорах на тему «PR и благотворительность» вот такое красивое направление не стало именным в честь кого-то из читателей «Ъ» или его фирмы. Помощь идет по-прежнему анонимно, хотя такой имидж-ход пропадает! Может быть, нашу сердечную программу с PR-целью поддержит некая компания? Мы бы это приветствовали. Но если желающие не найдутся — тоже ничего страшного. Уже полгода мы регулярно публикуем письма из Томска, и все они были востребованы. Представляется также, что если помощь будет совместными дарами (matching gifts по-американски), то откликов окажется даже больше, чем на 24 сердечника (ровно столько можно прооперировать на $120 тысяч). Расчет прост: с учетом американского вклада цена становится вдвое ниже — значит, откликов будет больше. И, наконец, почему Томск. Мы искали кардиоцентр с острой потребностью в увеличении числа платных операций, с развивающейся материальной базой, с кардиологами и хирургами, у которых сильны профессиональные амбиции. Все это есть в Томске: только что открыто здесь новое детское отделение на 50 коек, 5 операционных, 31 доктор наук, 75 кандидатов наук, 47 врачей высшей и 12 — первой категории, они обслуживают многие регионы Сибири, а не только Томскую область, о них высоко отзывается академик Евгений Чазов. И уже полгода они адекватно отчитываются за каждый взнос наших читателей. Чем не партнеры? 
«Русский Дар жизни» (Russian Gift of Life) 
Благотворительная организация «Русский Дар жизни» (Russian Gift of Life) создана американцами русского происхождения в 1989 году в городе Си Клифф, штат Нью-Йорк, США. Она сотрудничает с международной программой Ротари-клуба «Дар жизни» в оказании помощи российским детям с врожденными пороками сердца. «Дар жизни» и «Русский Дар жизни» привозят детей для хирургических операций в клиники США, обеспечивая прием, переводчика и бесплатные медицинские услуги. В последние годы эта организация финансирует операции и в России. В Правлении «Русского Дара жизни» девять членов, председатель – Александра Кишковская. В настоящее время организация насчитывает до 50 волонтеров.
За восемнадцать лет «Дар жизни» и «Русский Дар жизни» помог более одной тысячи российских детей. В российских больницах подобные операции в среднем стоят $5 тысяч, в США - до $40 тысяч. По договоренности с Российским фондом помощи «Русский Дар жизни» за год перечислит в Томск $60 тысяч из расчета $2,5 тысячи за операцию. Вторую половину стоимости операции соберет Российский фонд помощи среди посетителей сайта www.rusfond.ru и читателей газеты «Коммерсантъ». Таким образом, ежемесячно с января 2005 года по декабрь 2008 года «Русский Дар жизни» намерен перечислять по $5000 – на две операции. Российский фонд помощи будет систематически публиковать отчеты о реализации этой программы и спасенных детях. Более подробную информацию о «Русском Даре жизни» можно получить по электронному адресу: info@russiangiftoflife.org. Правление «Русского Дара жизни»: 1. Александра Кишковская, председатель; 2. Михал Юрьев, исполнительный директор; 3. Нина Баталина; 4. Владимир Коваленко; 5. Наталия Фекула; 6. Сергей Недельчев; 7. Елена Тодосова; 8. Валентина Коваленко. ДОГОВОР О ВЗАИМОДЕЙСТВИИ РОССИЙСКОГО ФОНДА ПОМОЩИ И ТОМСКОГО КАРДИОЦЕНТРА Российский фонд помощи, структурное подразделение ЗАО «Коммерсантъ. Издательский Дом», в лице руководителя Амбиндера Льва Сергеевича, действующего на основании приказа №78/5 от 1.05.1999 г. генерального директора ЗАО «Коммерсантъ. Издательский Дом», именуемый в дальнейшем по настоящему Договору «Сторона 1», и ГУ НИИ кардиологии ТНЦ СО РАМН, в лице директора Карпова Ростислава Сергеевича, действующего на основании Устава, в дальнейшем «Сторона 2», заключили настоящий договор о нижеследующем:
Руководитель Российского фонда помощи Амбиндер Л.С. Директор ГУ НИИ кардиологии ТНЦ СО РАМН академик РАМН Карпов Р.С. 18.06.08. НОВЫЙ ОПЕРАЦИОННЫЙ СТОЛ Вчера в НИИ кардиологии НЦ СО РАМН (г. Томск) проведена первая операция на новом операционном столе, который купили наши читатели (1,599 млн. руб). Ведущий научный сотрудник Томского НИИ кардиологии Евгений Кривощеков выполнил хирургическую коррекцию врожденного порока сердца у пятимесячной Алисы А. из Хакасии, мама привезла ее в Томск на операцию по государственной квоте. Как заявил доктор Кривощеков, операция прошла хорошо, сделана пластика дефекта «заплатой» из аутоперикарда. Сегодня малышка уже с мамой, ее перевели из реанимации в отделение детской кардиологии. Евгений Кривощеков отметил, что новый операционный стол очень удобен. При помощи пульта дистанционного управления он двигается в любом направлении, причем абсолютно бесшумно. В зависимости от возраста ребенка стол можно сделать коротким или наоборот нормальной длины: «Очень приятно работать за таким столом. За двадцать лет хирургической практики я не видел ничего лучшего. Это самый современный по оснащению и удобству стол, такой и должен быть в современной клинике. Спасибо читателям от нас, врачей, и от всех семей, чьи дети будут спасены». В этом году читатели оплатили покупку шести аппаратов на общую сумму 10,21 млн. для быстро развивающегося Томского академического кардиоцентра. Новое оборудование смонтировано в операционной, которая открыта в феврале и тоже благодаря нашим читателям.  |
 |
|
|
copyright © 1996-2010, российский фонд помощи |
