|
|
 |
3.09.2010
ЖИЗНЬ НАЛАЖИВАЕТСЯ
Даше Коваленко нужна повторная операция на сердце
Девочке два с половиной года. У нее тяжелый порок сердца. Мы писали про Дашу полгода назад («Скажи что-нибудь», Валерий Панюшкин), и тогда вы, читатели, собрали денег, чтобы провести девочке сложную операцию в Берлине. Дашино сердце стало работать нормально, но чтобы не полопались сосуды девочки, непривычные к нормальному давлению крови, врачам пришлось оставить небольшое отверстие, фистулу между желудочками Дашиного сердца. Теперь, когда Дашины сосуды к нормальному давлению привыкли, фистулу нужно закрыть. И девочка будет практически здорова. Валерий ПАНЮШКИН рассказывает про Дашу экономисту Александру АУЗАНУ.
– Когда мы были у Даши полгода назад, жизнь девочки и жизнь вокруг нее казалась ужасной. Она была слабенькой, бледной, запуганной, не умеющей говорить и писать в горшок. Мама ее казалась совершенно несчастной женщиной. Дедушка недавно перенес инсульт, сидел в кресле, не ходил и не разговаривал. В их крохотной однокомнатной квартире была какая-то невероятная концентрация несчастья на квадратный метр. Только энергичная бабушка пыталась еще как-то несчастью сопротивляться. Теперь все изменилось. У девочки появился цвет лица, девочка заговорила как-то сразу, дедушка поправился, мама заулыбалась. После успешной операции стали отступать и несчастья, непосредственно с Дашиным сердцем не связанные. Почему? Как это устроено, что не только беда не приходит одна, а и отступают беды все вместе?
– Жизнь не отвешивает нам на аптекарских весах хорошее и плохое каждый день. Линии нашей жизни развиваются сами собой. Вот и происходят сгущения вероятностей. И для нас важно наше восприятие счастья и несчастья. Можем ли мы увеличивать или уменьшать эти сгущения вероятностей? Можем. У нас сопротивляемость падает, когда случаются беды. Мы пропускаем удары судьбы, которые раньше отбили бы. И наоборот, когда у человека случается что-то хорошее, он начинает привлекать других людей сиянием своего счастья. Поступают интересные предложения. Люди откликаются на просьбы. Так что очень понятно, почему беда не приходит одна, и почему беды отступают все сразу.
– Дашина бабушка рассказывает про Берлинскую больницу с восторгом. Ее поразило, что Дашин лечащий врач приходил купать девочку в первые дни после операции, а медсестра играла с девочкой, прежде чем сделать ей укол. На самом деле доктор купал Дашу просто потому, что добросовестно относился к своей работе и боялся, что купание даст осложнения. Медсестра играла с девочкой просто потому, что у нее два пациента, а не десять, как в России, и есть время с каждым поиграть. Но бабушка отнеслась к внимательности медперсонала как к чуду. Почему как к чуду? Почему она не догадалась, что впервые в жизни видит норму?
– Казалось бы, дело в условиях, нормативах, и в том, сколько детей на одну сестру. Но оба примера, заметьте, не связаны с прямыми обязанностями врача и сестры: врач купал, медсестра играла. Это как если бы боги мыли пол на кухне. Дело в то, что в нашем отношении к врачам есть некая сакрализация. Вот идет человек, который может спасти, и вряд ли он станет делать что-то похожее на сервис. В этой сакрализации есть и плюсы: сакрализация врача дает пациенту психологическую поддержку. Но очевидно же, что мы относимся к этой профессии нерационально. А для немцев она почетная, но стоит в одном ряду с профессией пекаря или инженера.
– В Берлинский госпиталь российские дети попадают через доктора Овруцкого. Работа этого доктора заключается в том, чтобы найти в России неоперабельных пациентов и объяснить их родителям, как отыскать деньги на операцию. С одной стороны, он спасает детей. С другой стороны он поставляет госпиталю платных пациентов. Это честно?
– Я не вижу никакого противоречия в том, что при реализации благотворительной схемы работают профессионалы за деньги и деньги немалые. Естественное ожидание, что если речь идет о жизни ребенка, то все должны быть бескорыстны. Но вы же не требуете от педиатра, чтобы он получал треть зарплаты на том основании, что делает благородное дело. И лечебный процесс нужно же организовать. И благотворительный. Некоммерческая деятельность требует профессионализма. Это относится и к деятельности врача и к деятельности менеджера или посредника. В благотворительных организациях тоже часто сидят профессионалы, и часто высокооплачиваемые, потому что невысокооплачиваемые теряли бы слишком много благотворительных денег.
– Полгода назад мы просили деньги на одну операцию и говорили, что Даша выздоровеет. Мы не знали тогда, что врачам придется оставить фистулу, чтобы давление у девочки пришло в норму. Какие у нас основания доверять берлинским врачам? Почему мы верим, что Дашу нельзя было прооперировать за один раз?
– Вы коснулись одной из кардинальных проблем. Есть такое понятие в экономической науке «доверительное благо». Это благо, качество которого мы не можем проверить никогда. Вы можете попробовать огурец на рынке, вы можете протестировать автомобиль. А в том, что касается медицинских услуг или образовательных, нельзя проверить, что было бы если бы… Установить, насколько можно доверять берлинским врачам – просто нельзя, нельзя по определению. Правда, в Швейцарии проводили эксперимент: врачей спрашивали, какими лекарствами они лечат пациентов и какими лекарствами лечат членов семьи. И списки не совпали. Это вроде как свидетельствует о чем-то, но все равно вы не можете узнать, что врачи не говорят пациентам, но говорят между собой на консилиумах. Они этого не скажут никогда. Вы просто вынуждены доверять. У вас нет другого выхода.
Фото Ольги ЛАВРЕНКОВОЙ
и Григория СОБЧЕНКО
ДЛЯ СПАСЕНИЯ ДВУХЛЕТНЕЙ ДАШИ КОВАЛЕНКО
НЕ ХВАТАЕТ 484 538 РУБ.
Рассказывает кардиолог Станислав Овруцкий из Берлинского кардиоцентра (Германия): «У Даши Коваленко врожденный порок сердца, атрезия пульмонального клапана, дефект межжелудочковой перегородки. 13 апреля этого года мы выполнили девочке радикальную коррекцию порока: восстановлено нормальное кровообращение между правым желудочком и легочной артерией. Операция прошла успешно. Мы подключили большую коллатеральную артерию к правому желудочку сердца и расширили ее стентом, воссоздав легочную артерию и нормальный выход крови из правого желудочка. Дефект межжелудочковой перегородки был закрыт при помощи «заплаты» из специальных материалов. Но правый желудочек не справился бы с новыми, нормальными, нагрузками и поэтому на время в «заплате» была оставлена небольшая фистула (отверстие). Теперь давление у Даши нормализовалось, поэтому фистулу пора закрыть. После этой операции лечение будет завершено».
Берлинский кардиоцентр выставил Коваленко счет на €12 420 или 484 538 руб.
Дорогие друзья! Если вы решите помочь Даше Коваленко выжить, не смущайтесь цены спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Деньги можно перечислить в благотворительный фонд «Помощь» (учредители Издательский дом «Коммерсантъ» и Лев Амбиндер). «Помощь» в свою очередь немедленно переведет ваши пожертвования в Берлинский кардиоцентр и отчитается по произведенным тратам. Все необходимые реквизиты есть в Российском фонде помощи. Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с кредитной карточки или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа. Спасибо.
Экспертная группа Российского фонда помощи
|
|
