• Скачайте приложение Русфонда
  • Для Android и iPhone
  • Помочь так же просто, как позвонить
Благотворительность
в России
24.03.2017
Вышел новый<br/>ежегодный<br/>справочник<br/><br/>
Вышел новый
ежегодный
справочник

Жизнь. Продолжение следует
17.03.2017
Сколько <br/>явной радости <br/>в тайных слезах
Сколько
явной радости
в тайных слезах
Жизнь. Продолжение следует
10.03.2017
Что видят <br/>люди, которым <br/>не страшно
Что видят
люди, которым
не страшно
Жизнь. Продолжение следует
3.03.2017
В ногах есть <br>правда, но только <br>если знать ее
В ногах есть
правда, но только
если знать ее
Яндекс.Метрика
За 20 лет 9,519 млрд руб. В 2017 году — 449 016 718 руб.
11.06.2015

Прямая речь

– Русфонд назвал Национальный регистр именем Васи Перевощикова. Как вы относитесь к нашему решению?
Как вообще вы относитесь к присвоению медицинским учреждениям и проектам имен пациентов?



Виктор Костюковский
«С вами я, Вася»
Почему Национальный регистр назван его именем

→ /issues/448

Нюта Федермессер, президент благотворительного фонда помощи хосписам «Вера»:
– Фонд «Вера» назван в честь моей мамы, Веры Миллионщиковой. Фонд был учрежден для помощи Первому московскому хоспису, полностью созданному мамиными руками. В хосписе до сих пор сохранился ее кабинет с табличкой «Вера Васильевна Миллионщикова». И моя мечта – чтобы хоспис оставался именно таким, каким она его создавала: милосердным, очень качественным, очень профессиональным, очень особенным. Домом, где не берут денег с родственников больных, местом, где и пациенты, и их близкие окружены заботой.
Через год после маминой смерти Первый московский хоспис был назван ее именем.
Недавняя трагическая смерть контр-адмирала Апанасенко привела к серьезным изменениям в законодательстве, регулирующем оборот наркотиков. Новый законопроект называют законом Герасименко, инициатора этих изменений, а мне кажется, что документ, упрощающий доступ к опиоидным анальгетикам, должен называться именем Апанасенко.
Когда рождаются такие важные вещи, как регистр доноров костного мозга, истории, напоминающие о том, с чего все начиналось – они особенно нужны, они вдохновляют идти дальше. И не важно, чья это история – известного человека или пациента, маленького мальчика или взрослого. История Васи, которому многие помогали и которого многие помнят, – она про дружбу, неравнодушие, взаимопомощь.
Марина Черток, директор организации CAF-Россия:
– Присваивать фондам и прочим проектам имена пациентов – это гуманная практика, это должно напоминать всем нам (в том числе – государственным деятелям) о наших обязанностях по отношению к больным людям и вообще о ценности человеческой жизни. Хотя, конечно, хотелось бы иметь более веселые поводы для того, чтобы называть что-либо именами детей…
Елена Тополева, директор Агентства социальной информации:
– Честно говоря, мне не очень близка идея присвоения каких-либо имен нормативным документам. Как-то странно выглядит, согласитесь: «Приказ имени...» или «Протокол имени...».
А вот что касается больниц, санаториев и других учреждений, то тут есть определенные традиции не только в нашей стране, но и во всем мире. Причем, по-моему, тут уместны имена и врачей, и пациентов, и ученых. Главное, чтобы это были действительно знаковые люди в данной сфере в глазах тех, кто будет посещать эти учреждения, станет в них лечиться или работать.
Владимир Познер, журналист, телеведущий:
– Мне кажется немного странным называть регистр именем больного – как бы нам ни было его жаль, все же к созданию самого регистра он особого отношения не имеет. На мой взгляд, логичнее называть проект либо так, чтобы сразу была понятна суть его деятельности, либо в честь человека, который его основал или который его финансирует. Разумеется, при условии, что тот человек на это согласится.
Татьяна Лазарева, актриса:
– Думаю, в этом есть смысл и польза для дела. Ведь если назвать регистр (или фонд, или клинику, или еще что-то в этом духе) именем мало кому известного человека, у многих, наверное, появится желание узнать, кто же он и почему в его честь что-то называют. Узнают, кто он такой, – попутно узнают и о лейкозе, о проблемах донорства, многое другое…
Татьяна Устинова, писатель:
– На мой взгляд, медицинские учреждения и проекты можно называть как угодно, тут не имя главное. И все же есть традиция – называть учреждения такого рода в честь великих врачей или, как это было принято в нашей стране, в честь благотворителей. Впрочем, не вижу ничего плохого и в том, чтобы регистр получил имя пациента. Существует и такая практика.
Екатерина Чистякова, директор фонда «Подари жизнь»:
– Я считаю, что называть лечебные учреждения в честь детей-пациентов – это очень правильная идея. Да, врачи лечат, ученые изобретают новые лекарства и двигают медицину вперед, но вдохновляют-то их на это именно больные дети! Вот мы, например, работаем с немецким регистром доноров костного мозга имени Стефана Морша: самого Стефана вылечить не удалось, он умер, но его отец вложил огромные деньги в создание регистра и дал ему имя своего сына.
Захар Прилепин, писатель:
– По-моему, назвать регистр именем мальчика – это более сердечно, чем если бы он был назван в честь кого-то знаменитого. И до людей это доходит более точечно, действует на них лучше, чем имя даже самого великого врача или другого деятеля. Мне кажется, что учреждению, названному в честь умершего ребенка, легче помогать.
Отец Александр Борисов, настоятель храма Космы и Дамиана в Москве:
– Думаю, это хорошая идея – назвать регистр именем пациента. Да, про этого мальчика знают немногие, он не всемирно известный деятель. Ну, так можно людям разъяснять, кто он такой, рассказывать его историю. Тем более что его история уже работает: регистра еще не было, а результат уже есть. И это Вася Перевощиков помог собрать вон какие деньги!
Вера Глаголева, актриса:
– Назвать регистр именем этого мальчика – значит все время помнить, что сам-то он помощи не дождался, что мы вовремя не сориентировались, не успели собрать для него деньги, не нашли донора, не спасли… И еще это будет напоминанием о том, что даже при всем желании не всегда все у нас получается так, как хотелось бы. Конечно, прекрасно называть фонды и больницы именами врачей, которые спасают жизни. Это говорит о нашей им благодарности. А присвоенное регистру имя умершего ребенка – это свидетельство того, что помочь иногда не получается. И об этом тоже не стоит забывать.
Владимир Левкин, певец:
– Как корабль назовешь, так он и поплывет. Я думаю, что название стоит подбирать путем голосования. Предложите несколько вариантов и объясните, почему хотите назвать регистр именно так. Пусть голосуют посетители вашего сайта, читатели «Коммерсанта», зрители «Первого канала». Так вы и с названием определитесь, и сделаете регистру необходимую рекламу. И еще мой вам совет: когда пойдете регистрироваться, посоветуйтесь с юристом и имейте в запасе хотя бы три варианта названия. В Минюсте есть свои представления о том, что и как должно называться. Вот когда мы создавали наш фонд, у нас два названия завернули.
Елизавета Глинка, Доктор Лиза, глава фонда «Справедливая помощь»:
– Фонды, хосписы, больницы можно называть и именами пациентов, и в честь великих врачей, и вообще так, как сочтут нужным учредители. Мы сейчас создаем фонд помощи очень больным людям и хотим дать ему имя святого Луки Войно-Ясенецкого, который всю жизнь помогал безнадежно больным и раненым.
Беседовала Ольга Волкова


Пожертвовать на развитие регистра доноров костного мозга


Кому помочь
Сумма *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней


Кому помочь
Сумма *
Валюта *

Информация о произведенном пожертвовании поступает в Русфонд в течение четырех банковских дней

рассказать друзьям:
?????????
Twitter

comments powered by HyperComments версия для печати